Что-то меня от повторяющегося страдания вообще унесло к межличностным отношениям. Видимо, таков путь:)

Давайте тогда поговорим о том, кого, как и почему мы выбираем. Или откуда берутся бабочки в животе, "химия" и искры при встрече. Как именно мы решаем, что это ТОТ САМЫЙ? Вы уж простите, что я пишу из позиции женщины. Мне так проще, но вообще я в курсе, что мужчины существуют, и проблемы у них похожие:))

Погнали. Традиционно, начинаем с Фрейда. Фрейд различает три базовых стратегии выбора объекта (ну, то есть партнера):

1. Анаклитический, он же опирающийся. Это такой партнер, который заменит нам родителя - будет кормить, заботиться и защищать.

2. Нарциссический. Этот будет похож на нас ("мы так друг друга понимаем!") или похож на лучшую версию нас.

3. Эдипов выбор. Где Фрейд, там и Эдип:) Классика жанра! Жениться на своей маме/выйти замуж за своего папу. Это вот как раз оно. Раз не удалось инцестуозно слиться с реальным родителем, разыграем же эту пьесу с похожим объектом. А там либо прокатило, либо не прокатило. Причем не прокатило не останавливает от новых попыток:)

Теперь перейдем плавно в теорию объектных отношений. Если вы не первую мою статью читаете, то вам это словосочетание должно бы уже приесться, но, простите, это моя "родная" теория, я в ней работаю, придется потерпеть:)

Итак, Фэйрберн, как я уже писала, говорит нам про "знакомый ад". Но, понятное дело, знакомый ад не тот без знакомых чертей. Поэтому мы на свою внутреннюю сцену ищем подходящего партнера по спектаклю. Если у нас внутри есть роль "вечно виноватого", то партнером будет "неутомимый обвинитель". И тогда драма ранних отношений сможет снова и снова проигрываться.

Винникот - наш луч света в темном царстве пессимизма повторяющихся сценариев. Он хотя бы что-то нам говорит о здоровом выборе объекта:) Его идея в том, что мы ищем партнера, с которым можно "играть". Играть здесь - творить, жить, быть собой. В таких отношениях создается "потенциальное пространство" для развития каждого из партнеров. Но чтобы сделать этот здоровый выбор, нужно иметь способность к уединению в присутствии другого. А это уже определенный уровень функционирования. Если такой способности нет, то мы выбираем партнера, с которым сможем регрессировать и слиться в одно нездоровое целое.

Та самая искра и химия, по мнению аналитиков из теории привязанности (Боулби/Эйнсворт), - это узнавание знакомой привязанности. Если ваши родительские объекты были холодными и недоступными, то спокойный и надежный партнер будет восприниматься как скучный и вообще не нужный. То ли дело игра в догонялки, да? Это куда веселее и интереснее, а главное вы тут уже специалист.

Кто у нас еще остался? Про Кляйн и Биона я для разнообразия писать не буду:)
Давайте с точки зрения Лакана. Он говорит, что мы влюбляемся не в целого человека, а в какую-то деталь. Эта деталь как бы обещает восполнить нашу нехватку, вернуть целостность. А дальше партнер выступает как экран проектора для фантазии. Мы туда фантазию спроецировали. Она может там красиво разворачиваться какое-то время, но рано или поздно реальность пробьет в ней брешь, и тогда объект обесценивается, теряет свое магическое очарование. Но это уже совсем другая история...

Итого, что мы имеем на выходе:

1. Выбор партнера производится из дефицита. Дефицит может быть как "позитивным", так и наоборот. Я имею в виду, что искать партнера, на которого можно опереться, выглядит не такой уж плохой идеей. А вот искать партнера, чтобы он вас терроризировал так же, как это делали родители, уже такое себе.

2. Чтобы выбрать хорошего, взрослого партнера (прям как про щеночка пишу, ей Богу!), надо самому функционировать весьма здорОво.

3. После периода влюбленности наступает разочарование. Хорошая новость: если подойти к вопросу критически, то можно не бежать искать нового партнера, а попытаться разглядеть реального Другого в том, который уже есть.